Все об Италии
Общие сведения История Наука, культура, образование, спорт Достопримечательности Полезные советы
 
Главная
Новости
Искусство и архитектура Венеции
1300 лет в кратком изложении
Canal Grande
Sestiere San Marco
Sestiere San Polo и Santa Croce
Sestiere Dorsoduro
Giudecca
San Giorgio Maggiore
Sestiere Cannaregio
Sestiere Castello и Lido
San Michele in Isola
Murano, Burano, Torcello
Биографии художников
Формы венецианской архитектуры
Афоризмы великих итальянцев
Благоразумие заключается в том, чтобы уметь предвидеть выгодное кия себя и избегать невыгодного.
Валла (Valla) Лоренцо

Подобно тому, как тень не может родиться и держаться сама по себе, так и слава: если фундаментом ей служит добродетель, она не может быть ни истинной, ни прочной.
Петрарка (Petrarca) Франческо

И для льва выдаются несчастливые дни, когда все идет шиворот-навыворот и на каждом шагу подстерегают злоключения.
Леонардо да Винчи (Leonardo da Vinci)
 
Персоналии
Россини (Rossini) Джоаккино (1792— 1868), великий итальянский композитор. С творчеством Россини связан расцвет итальянской оперы XIX века. Его музыку отличают неистощимое мелодическое богатство, меткость, остроумие характеристик. Обогатил реалистическим содержанием оперу-буффа, вершина которой — его «Севильский цирюльник» (1816). Оперы: «Танкред», «Итальянка в Алжире» (обе 1813), «Отелло» (1816), «Золушка», «Сорока-воровка» (обе 1817), «Семирамида» (1823), «Вильгельм Телль» (1829, яркий образец героико-романти-ческой оперы) и др.



Лега (Lega) Сильвестро (1826—1895), итальянский живописец. В жанровых картинах («Визит», 1868) поэтически изображал сцены провинциальной жизни.
 

Sala del Maggior Consiglio
16-11-2012, 09:57

Sala del Maggior ConsiglioЗал в южной части третьего этажа был местом заседания Большого Совета (Маджор Консильо). В него допускались все венецианцы благородного происхождения, достигшие 25 лет. Речь идет о подобии заседания парламента, члены которого, впрочем, не избирались, а получали право принимать политические решения от рождения, не будучи тем самым представителями всего населения. В 1577 г. зал был разрушен сильным пожаром. При этом погибли все произведения искусства и элементы дорогого убранства, собиравшиеся здесь начиная с XIV в.

После небольшого совещания, призванного решить, нужно ли создавать новое помещение, соответствующее вкусам новой эпохи, постановили восстановить зал в его прежнем виде. Зал был реконструирован в своих старых формах и между 1578 и 1594 гг. заново декорирован. С трех сторон помещения на великолепных резных панелях изображены первые 76 дожей Венеции, правившие до 1556 г. Портреты остальных правителей находятся в соседнем Sala dello Scrutinio. Над портретами помещены гербы дожей. Одно из изображений закрашено черным цветом. Речь идет о портрете Марино Фальера, который попытался свергнуть Республику в 1355 г.

Sala del Maggior Consiglio


Габриэль Белла. Дож благодарит Большой Совет за свое избрание. Около 1792
X., м., 94,5x146,5


Картина Беллы изображает зал Большого Совета в присутствии всех его членов. Большой Совет, насчитывавший в то время более 2000 членов, был слишком велик. Чтобы работа была эффективной, из числа дворянства избирались члены комиссий для решения отдельных проблем. Зачастую выборы в Совет были прямыми. Чтобы избежать возможных манипуляций, выборщики определялись сложным способом, сочетавшим в себе элементы жребия и голосования.

Sala del Maggior Consiglio


Якопо Тинторетто. Добровольное подчинение провинций. 1578-1585

Великолепный резной потолок Залы дель Маджор Консильо был создан по эскизу Кристофоро Сорте, который был не только инженером и картографом, но художником и декоратором. В ниши резного потолка вставлены 35 картин, чьи изображения прославляют венецианское государство. До нас дошли также список официальной последовательности картин и традиционное их описание. Письменные формулировки того, что следует изображать в зале венецианского парламента, являются впечатляющим свидетельством самосознания Республики в ту эпоху, в которую он украшался. Из текста явствует, что художники ни в коем случае не должны отступать от того, что им предписывается. Боковые картины должны изображать деяния венецианцев, в то время как центральные — плоды этих деяний.

Центральная картина работы Тинторетто изображает подчинение венецианских провинций, названия которых не уточняются. В качестве знаков своего подданства они слагают символы войны и свои богатства. Наверху стоит дож Николо да Понте (правил в 1585 — 1595). На заднем плане виднеются щипцы церкви св. Марка. Ступенями ниже по левую сторону от дожа стоят члены правительства. Над всеми в облаках парит Венеция, возле которой лев св. Марка с лавровым венком победы в зубах. Он дает лавровый венок Венеции. Наклонившись, она хочет передать венок победы дожу.

Sala del Maggior Consiglio


Паоло Веронезе. Апофеоз Венеции. 1578-1585
X., м., 904x580


Если центральная картина Тинторетто была негативно принята его современниками, поскольку художник слишком перегрузил композицию, то о выдающемся качестве картины Веронезе никто не спорил. Изображение представляет собой аллегорию мира, который венецианское правительство дарует всем подвластным ей людям.

До пожара на этом месте располагалось знаменитое изображение Коронования Марии работы Гварьенто, падуанского художника XIV в., получившее название Рая. На картине Тинторетто Коронование Марии также является кульминационной сценой. Вокруг нее — сонмы ангелов, святых и блаженных. Огромное полотно в самом деле производит впечатление раскрывающего перед зрителем небесного рая, где совершается Коронование Мадонны. Для изображения всех святых, собравшихся на Короновании Богоматери, Тинторетто находит удачное решение.

Sala del Maggior Consiglio


Якопо Тинторетто. Рай. 1588-1594
Х.,м„ 700x2200


Если до этого на картинах с подобным сюжетом присутствовали лишь избранные святые, то у Тинторетто сцену Коронования Марии созерцает бесчисленное множество праведников. Впечатление бесконечного множества фигур святых усилено сильным движением внутри отдельных групп, разрывающим тесное пространство композиции. Мастерским распределением света и тени Тинторетто добивается впечатления пространственной глубины. Едва ли сюжет его картины был бы понятен, если бы главная сцена затерялась в потоке движущихся фигур.




Вернуться назад