Все об Италии
Общие сведения История Наука, культура, образование, спорт Достопримечательности Полезные советы
 
Главная
Новости
Искусство и архитектура Венеции
1300 лет в кратком изложении
Canal Grande
Sestiere San Marco
Sestiere San Polo и Santa Croce
Sestiere Dorsoduro
Giudecca
San Giorgio Maggiore
Sestiere Cannaregio
Sestiere Castello и Lido
San Michele in Isola
Murano, Burano, Torcello
Биографии художников
Формы венецианской архитектуры
Афоризмы великих итальянцев
Живопись — это поэзия, которую видят, а поэзия — это живопись, которую слышат.
Леонардо да Винчи (Leonardo da Vinci)

Украшения заключаются не в размерах богатств, а более всего в даровании ума, усердии художника.
Альберти (Alberti) Леон Баттиста

Знания, не рожденные опытом, матерью всякой достоверности, бесплодны и полны ошибок.
Леонардо да Винчи (Leonardo da Vinci)
 
Персоналии
Де Филиппо (De Filippo) (настоящая фамилия Пассарелли, Passarelli) Эдуардо (1900—1984), итальянский драматург, режиссер, актер. Творчество связано с неореализмом. В пьесах социальная значимость, психологическая глубина сочетаются с гротеском: «Филумена Мар-турано» (поставлена в 1946), «Суббота, воскресенье, понедельник» (поставлена в 1960) и др. В 1931 — 1973 годах руководитель собственной труппы. Работал в кино («Неаполь — город миллионеров» и др.).



Кардано (Cardano) Джероламо (1501— 1576), итальянский математик, философ, врач. Один из крупнейших итальянских ученых XVI века. С именем Кардано связывают формулу решения в радикалах неполного кубического уравнения (формула Кардано). Работы Кардано сыграли огромную роль в развитии алгебры. Одним из первых стал допускать отрицательные и мнимые корни уравнений. Занимался также вопросами передачи движения, теорией рычагов. Отсюда технические термины «карданный механизм», «карданная передача». Развивал своеобразную натурфилософию под влиянием учения Николая Кузанского.
 

Не только гениальный сердцеед: Джакомо Казанова (Часть 2)
20-11-2012, 08:33

Не только гениальный сердцеед: Джакомо Казанова (Часть 2)Венецианские власти охотно закрывали глаза на мелкие мошенничества, вроде тех, что становятся сюжетом популярных представлений «ридотти». Однако сферами деятельности, где юмор был неуместен, являлись шпионаж и выбалтывание государственных тайн. При этом Казанова располагал прекрасными связями с французским посланником, одно время они даже делили одну любовницу. Уже этого было достаточно, чтобы под покровом ночи с 25 на 26 июля 1755 г. арестовать венецианского авантюриста и без судебного решения поместить его в застенки тюрьмы, расположенной под крышей Дворца дожей. В документах значилось, что он был приговорен к пяти годам заключения. Ему самому при этом не сообщили ни причину ареста, ни сам приговор. Несчастному оставалось только готовиться провести в тюрьме остаток своей жизни. Тогда же он решился на побег, который еще никому до него не удавался. Во время прогулок по крышам Дворца дожей, которые ему разрешались, пока камера приводилась в порядок, он нашел кусок железа и кусок мрамора. С помощью камня он приготовил себе инструмент. Из хлопка, салатного масла, плесени, выращенной им с помощью пятен пота на своем камзоле, и серы, полученной им якобы для утоления зубной боли, он смастерил фитиль, с которым по ночам выкапывал дыру в полу своей камеры.

Не только гениальный сердцеед: Джакомо Казанова (Часть 2)


Дверь тюрьмы во Дворце дожей


Эта первая попытка побега была раскрыта, и Казанова был переведен в другую камеру. Тем не менее ему удалось спасти свой инструмент, который он, опасаясь частых проверок, передал, спрятанным в Библию, своему товарищу по заключению. Им был монах Марино Бальби, которому Казанова поручил пробить дыру в стене камеры. Во второй раз побег удался. Оба перелезли через крышу Дворца дожей на волю. Охранник, стоявший у ворот, разбуженный внезапным шумом, не заметил двух сбежавших заключенных, запрыгнувших в ближайшую гондолу и покинувших Венецию до того, как их побег был раскрыт. История его побега, изданная Казановой в 1787 г. в Праге под названием «Histoires de ma fuite», стала для него пропуском в дома высшей европейской аристократии, действовавшим до тех пор, пока не изменились общественные отношения. В одиночестве замка Дукс никто больше не интересовался приключениями долговязого и смешного старика. Этот пожилой итальянец, словно успевший прожить не один десяток жизней, вечный скиталец, пересыпавший свою речь цитатами из Ариосто и Горация, не годился для должности библиотекаря. Он напоминал принца, превращенного силой злых чар в чудовище, который лишь раз в год принимает свое истинное обличье. Это случалось, когда в замок изредка съезжались музыканты и литераторы, среди которых он мог блеснуть своим талантом рассказчика и остроумием. Только сегодня, спустя 200 лет после его смерти, начинают ценить его всестороннюю образованность во всех существенных областях знания той эпохи, видя в Джакомо Казанове уже нечто большее, чем просто талантливого любовника или опытного соблазнителя.

Не только гениальный сердцеед: Джакомо Казанова (Часть 2)


Генрих Берка. Побег Казаковы из тюрьмы по крыше Дворца дожей, 1788 г. Гравюра на меди, иллюстрация к первому изданию «Истории моего побега »





Вернуться назад