Все об Италии
Общие сведения История Наука, культура, образование, спорт Достопримечательности Полезные советы
 
Главная
Новости
Искусство и архитектура Венеции
1300 лет в кратком изложении
Canal Grande
Sestiere San Marco
Sestiere San Polo и Santa Croce
Sestiere Dorsoduro
Giudecca
San Giorgio Maggiore
Sestiere Cannaregio
Sestiere Castello и Lido
San Michele in Isola
Murano, Burano, Torcello
Биографии художников
Формы венецианской архитектуры
Афоризмы великих итальянцев
Сомнение доставляет мне не меньшее наслаждение, чем знание.
Данте (Dante) Алигьери

Лучше смерть, чем усталость.
Леонардо да Винчи (Leonardo da Vinci)

Картина у живописца будет мало совершенна, если он в качестве вдохновителя берет картины других; если же он будет учиться на предметах природы, то он произведет хороший плод...
Леонардо да Винчи (Leonardo da Vinci)
 
Персоналии
Кваренги (Quarenghi) Джакомо (1744— 1817), архитектор. Представитель классицизма. По происхождению итальянец. В России работал с 1780 года. Монументальностью и строгостью форм, пластической законченностью образа отличаются павильон «Концертный зал» (1782— 1788) и Александровский дворец (1792—1800) в Царском Селе (ныне г. Пушкин), Ассигнационный банк (1783— 1799), Эрмитажный театр (1783—1787), Смольный институт (1806—1808) — в Санкт-Петербурге.



Савонарола (Savonarola) Джироламо (1452—1498), настоятель монастыря доминиканцев во Флоренции. Выступал против тирании Медичи, обличал папство, призывал церковь к аскетизму, осуждал гуманистическую культуру (организовывал сожжение произведений искусства). После изгнания Медичи из Флоренции в 1494 году способствовал установлению республиканского строя. В 1497-м отлучен от церкви, по приговору синьории казнен.
 

Не только гениальный сердцеед: Джакомо Казанова (Часть 2)
20-11-2012, 08:33

Не только гениальный сердцеед: Джакомо Казанова (Часть 2)Венецианские власти охотно закрывали глаза на мелкие мошенничества, вроде тех, что становятся сюжетом популярных представлений «ридотти». Однако сферами деятельности, где юмор был неуместен, являлись шпионаж и выбалтывание государственных тайн. При этом Казанова располагал прекрасными связями с французским посланником, одно время они даже делили одну любовницу. Уже этого было достаточно, чтобы под покровом ночи с 25 на 26 июля 1755 г. арестовать венецианского авантюриста и без судебного решения поместить его в застенки тюрьмы, расположенной под крышей Дворца дожей. В документах значилось, что он был приговорен к пяти годам заключения. Ему самому при этом не сообщили ни причину ареста, ни сам приговор. Несчастному оставалось только готовиться провести в тюрьме остаток своей жизни. Тогда же он решился на побег, который еще никому до него не удавался. Во время прогулок по крышам Дворца дожей, которые ему разрешались, пока камера приводилась в порядок, он нашел кусок железа и кусок мрамора. С помощью камня он приготовил себе инструмент. Из хлопка, салатного масла, плесени, выращенной им с помощью пятен пота на своем камзоле, и серы, полученной им якобы для утоления зубной боли, он смастерил фитиль, с которым по ночам выкапывал дыру в полу своей камеры.

Не только гениальный сердцеед: Джакомо Казанова (Часть 2)


Дверь тюрьмы во Дворце дожей


Эта первая попытка побега была раскрыта, и Казанова был переведен в другую камеру. Тем не менее ему удалось спасти свой инструмент, который он, опасаясь частых проверок, передал, спрятанным в Библию, своему товарищу по заключению. Им был монах Марино Бальби, которому Казанова поручил пробить дыру в стене камеры. Во второй раз побег удался. Оба перелезли через крышу Дворца дожей на волю. Охранник, стоявший у ворот, разбуженный внезапным шумом, не заметил двух сбежавших заключенных, запрыгнувших в ближайшую гондолу и покинувших Венецию до того, как их побег был раскрыт. История его побега, изданная Казановой в 1787 г. в Праге под названием «Histoires de ma fuite», стала для него пропуском в дома высшей европейской аристократии, действовавшим до тех пор, пока не изменились общественные отношения. В одиночестве замка Дукс никто больше не интересовался приключениями долговязого и смешного старика. Этот пожилой итальянец, словно успевший прожить не один десяток жизней, вечный скиталец, пересыпавший свою речь цитатами из Ариосто и Горация, не годился для должности библиотекаря. Он напоминал принца, превращенного силой злых чар в чудовище, который лишь раз в год принимает свое истинное обличье. Это случалось, когда в замок изредка съезжались музыканты и литераторы, среди которых он мог блеснуть своим талантом рассказчика и остроумием. Только сегодня, спустя 200 лет после его смерти, начинают ценить его всестороннюю образованность во всех существенных областях знания той эпохи, видя в Джакомо Казанове уже нечто большее, чем просто талантливого любовника или опытного соблазнителя.

Не только гениальный сердцеед: Джакомо Казанова (Часть 2)


Генрих Берка. Побег Казаковы из тюрьмы по крыше Дворца дожей, 1788 г. Гравюра на меди, иллюстрация к первому изданию «Истории моего побега »





Вернуться назад